«Русь, куда ж несешься ты? Дай ответ! или «Львы бабочкам не опасны

оригинал  http://www.eifg.narod.ru/babkbmal-44-11.htm

Человечеству всегда хочется заглянуть в будущее. Что ждет нас – Россию и мир? Каковы наши глобальные цели и пути их достижения? Каковы наиболее вероятные сценарии нашего будущего?

С этими вопросами мы обратились к двум известным аналитикам – Владимиру Ивановичу БАБКИНУ, эксперту Государственной Думы, и Георгию Геннадьевичу МАЛИНЕЦКОМУ, заведующему отделом моделирования нелинейных процессов Института прикладной математики им. М.В. Келдыша Российской академии наук.

 

– В последнее время во всех слоях российского общества нарастает смутное предчувствие каких-то судьбоносных перемен. Особенно активно эти настроения выражают представители творческой интеллигенции. Есть ли для этого основания?

В.И. Бабкин: Я бы не относился серьезно к мнению творческой интеллигенции, в массе своей малообразованной в естественнонаучном плане. Для нее всегда были характерны апокалиптические алармистские настроения, в значительной степени безосновательные.

Г.Г. Малинецкий: Не согласен. Человек существует одновременно в интуитивном, рациональном и эмоциональном пространстве. Достаточно вспомнить академика Вернадского, который, не имея никаких научных данных, предвидел, что для человечества крайне важным станет атомная энергия и уран. Его интуитивное представление оказалось точным. Вспомним Маяковского, который призывал: «Пролетарий, на аэроплан! Пролетарий, в космос!». Многие вещи, которые были впоследствии реализованы учеными, сначала предвиделись художниками, поэтами.

Один из самых ярких результатов теории самоорганизации или синергетики – это понимание, что существует некая грань, до которой мы можем предвидеть будущее состояние общества, погоду, климат. За этой гранью мы вынуждены оставаться в области статистики или вероятных сценариев. Но эту же идею высказал в 1951 году американский фантаст Рэй Бредбери в рассказе «И грянул гром». Сюжет таков: в далеком будущем, когда стали возможны путешествия по времени, команда политтехнологов едет охотиться на динозавров. Однако оказалось, что достаточно раздавить маленькую золотистую бабочку, и будущее стало совершенно другим. Было много перепевов этого сюжета в литературе, а затем ученые поняли, что мир устроен именно таким образом.

Поэтому не надо сбрасывать со счетов мнение представителей искусства, которые остро чувствуют настроение общества.

В.И. Бабкин: Георгий Геннадьевич говорит о синергетике, инноватике, прогнозировании, а я мыслю более приземленными моделями. Ввиду того, что в России произошла деиндустриализация, нам нужно не гоняться за «технологическими укладами», а просто принять программу индустриализации страны на новом технологическом укладе. Тогда будет понятно, кто за что отвечает и чего мы ждем в результате.

Чем отличается советский период от нынешнего? Тем, что тогда на съездах и конференциях говорилось, сколько тысяч тракторов, сеялок, косилок, автомобилей и прочего выпущено. Сейчас премьер говорит, на сколько миллиардов долларов увеличился выпуск продукции в стоимостном выражении. Механизм расчета стоимости того или иного продукта непонятен. Поэтому иногда возникает ощущение шизофрении.

 Прежде чем планировать развитие страны на какой-то период, мы должны иметь какую-то модель желаемого будущего, понимать, в какую точку мы в итоге хотим прийти. Кто у нас в России занимается планированием и прогнозированием на государственном уровне?

Г.Г. Малинецкий: Нелинейная наука, синергетика, предполагает, что сначала есть социальная, технологическая или научная среда. В результате организации или самоорганизации на этой среде можно вырастить какую-то структуру, которая будет развиваться, решать определенные задачи. Но что можно вырастить, зависит именно от этой среды. Кто будет субъектом наших перемен к лучшему? Какие структуры будут их осуществлять?

И здесь самая большая проблема: 93% процентов нашего населения, по одним данным, 97% – по другим, считают, что они никоим образом не участвуют в процессе принятия государственных решений и, естественно, не несут за них никакой ответственности. В советском прошлом было ощущение, что «никто кроме нас», «мы торим новые исторические пути», «мы решаем новые исторические задачи». Это большая нагрузка для обычного человека, но, тем не менее, у него было ощущение, что многие вещи напрямую его касаются. Сейчас общественная мораль и логика, к сожалению, стали другими.

Каждый раз, когда я прихожу в Госдуму на «круглые столы», беседую с экспертами, с депутатами, я убеждаюсь, что есть интереснейшие документы, глубокие люди, прекрасные идеи и суждения. Но где они? Они не фигурируют в СМИ. Обратите внимание: из нашего ТВ исчезли все цифры – исключительно эмоциональные оценки. Нет ни цифр экономического роста, ни падения.

Люди отвыкли мыслить рационально, опираясь на конкретные факты, данные, научные результаты.

Возьмем конкретные цифры. В 1906 году ВВП России составлял 10% от ВВП США. СССР был сверхдержавой, и его ВВП в 1986 году составлял 60% от ВВП США, причем наша доля росла. В настоящее время ВВП России составляет менее 6% от ВВП США. За время «демократизации» мы отброшены на полтора столетия назад. Мы скукожились по отношению к США в 10 раз, по отношению к Китаю – в 30 раз! Вот результат ельцинско-путинско-медведевского двадцатилетия.

 – Как возникла синергетика – наука моделирования будущего? Почему ее основали не обществоведы, а физики и математики? Какими методами вы пользуетесь в своих прогнозах, и какое место в них занимает математика?

Г.Г. Малинецкий: Первая модель будущего была заказана Римским клубом Джею Форестеру – не на отдельную страну или регион, а на весь мир в целом. Такие модели получили название мировой динамики. При всей их простоте и схематичности появилась возможность через 30 лет сравнить, что предсказывали и что произошло. А предсказан был инерционный сценарий – то есть когда человечество не предпринимает сверхусилий, а плывет «по течению».

Недавно вышло очередное издание очень интересной книги Д. Медоуза, Й. Рандерса «Пределы роста». Оказалось, всё, что предсказывали ученые 30 лет назад, к сожалению, с высокой точностью исполняется. То есть никаких изменений к лучшему по отношению к инерционному сценарию не произошло.

Мы сейчас потребляем в год столько энергоресурсов, сколько природа создавала в течение миллиона лет. Но поскольку этих миллионов лет было не так много, то хватит ненадолго. За последние 25 лет не найдено ни одного сверхбогатого месторождения нефти на суше. Не от хорошей жизни бурят скважины на двухкилометровой глубине на дне морском.

В.И. Бабкин: Я готов возразить, поскольку в начале 1970-х гг., когда был первый энергетический кризис, я работал в ФИАНе, в институте (для справки: Физический институт им. П.Н. Лебедева дал стране 7 нобелевских лауреатов) забросили свою лазерную тематику и занимались альтернативной энергетикой. Мы пришли к выводу, что в том или ином виде альтернативы солнечной энергии нет, давайте считать – с одного кв. метра на экваторе можно получить 1 кВт солнечной энергии. По мере удаления от экватора инсоляция меняется. Так, на широте Москвы – в пике около 0,65 кВт с кв. м. Теперь считаем. Установленная мощность электрогенерации в России составляет 216 ГВт. В настоящее время свыше 95 процентов гелиоэнергии получается за счет кремниевых преобразователей (КПД – 14%). Давайте считать. Огрубленно, 14% умножаем на коэффициент инсоляции в России (0,65), получаем в пике нагрузки (в полдень) приблизительно 0,1 кВт с кв. м. В сумме за весь световой день эта цифра окажется существенно меньше и усредненно, скорее всего, окажется около 0,06 кВт с кв. м (в среднем за световой день). Далее 216 ГВт делим на 0,06 кВт/кв. м, получаем 3,6х109 кв. м, или 3,6 тыс. кв. км (для справки: площадь Московской области составляет около 40 тыс. кв. км, или, иначе, площадь Братского водохранилища составляет свыше 5 тыс. кв. км). Если учесть, что солнце светит не все сутки, то эту цифру необходимо умножить на два. То есть с площади в 15% от площади Московской области мы сможем удовлетворить энергетические потребности такой страны, как Россия, это возможно уже при нынешнем техническом обеспечении.

Сейчас установленная мощность солнечных батарей в мире около 10 гигаватт. Установленная мощность в основном традиционной электрогенерации – около 4 тераватт (4х1012  Вт). При тех темпах, которыми сейчас наращивается солнечная энергетика, на замену традиционной энергетики потребуется порядка более 400 лет. Такого времени у человечества нет.

Теперь посчитаем для планеты: 4 ТВт поделим на 0,03 кВт кв. м, получим 1,3 на 1011 кв. м, или 1,3 на 10кв. км, т.е. 130 тыс. кв. км. Видно, что проблемы находятся не в плоскости невозможности.

Уже появились проекты – в Марокко в пустыне собираются построить гелиостанцию площадью порядка 100 кв. км для обеспечения энергопотребности Европы.

Возможны различные варианты. В частности, уже появились солнечные преобразователи на гетероструктурах с концентраторами, которые уже имеют КПД свыше 40%.

Какие альтернативы солнечной энергетике? Термояд, который возникнет как решение не ранее 22 века, и то в виде опытных демонстраций, и газ в виде нефтесланцев и газогидратов, а также биотопливо. Различного рода «экологи» яростно выступают за электромобили. Просто порассуждаем. Мы уже обозначили перевод электрогенерации на иной уровень источников. А теперь просто прикинем. На земном шарике бегает свыше миллиарда автомобилей. Сложно просуммировать, но нижний порог, как минимум, свыше 6 ГВт мощности, значит, либо мы должны перейти на иной вид движителей, либо те цифры, которые прикидывали, необходимо умножить как минимум на 2,5, что, как видим, возможно, было бы желание делать, а не говорить о деле.

Г.Г. Малинецкий: Здесь мы четко видим коренное отличие советской идеологии от сегодняшней. В 70-е гг., когда разразился энергетический кризис, эти вопросы были государством поставлены перед учеными, и ученые этим серьезно занимались, страна мыслила будущим.

Вспомним, какие цели при строительстве социализма ставил Ленин: индустриализация, коллективизация, культурная революция. Приоритетное, может быть, даже несколько преувеличенное значение придавалось науке и культуре – возьмем ту же серию ЖЗЛ, основанную Горьким. В 1936 г. была издана 9-томная энциклопедия межпланетных полетов – люди заглядывали в будущее, по крайней мере, на несколько десятилетий вперед.

Почему американцы решили переформатировать Ближний Восток? Потому что главная энергетическая надежда Европы – пустыня Сахара – в перспективе это сотни, а возможно тысячи, кв. км солнечных батарей, которые должны быть установлены на Ближнем Востоке. Новая энергетическая инициатива Барака Обамы (у нас об этом почему-то умалчивают) предполагает, что к 2050 г. (у них есть план, в отличие от нас) американская энергетика разительно изменится. Американские ученые подсчитали, сколько США должны потреблять энергии к 2050-му – угля, нефти и газа – примерно в 2 раза больше, чем сейчас. Энергетическая инициатива Обамы состоит в том, чтобы потреблять к 2050 г. не в 2 раза больше, а в 2 раза меньше углеводородов! На основе того, что сотни, а может быть тысячи, квадратных километров пустынь Аризоны и Невады будут застроены солнечными батареями. 69% всей электроэнергии предполагается вырабатывать за счет возобновляемых источников. Цена проекта – порядка 500 млрд. долларов, причем порядка 150 млрд. будет вложено в течение этого президентского срока Обамы. Америка уверенно идет в будущее, строит его. Обама мыслит не в пределах своего президентского срока (хотя, конечно, это добавляет ему популярности), а думает о следующих поколениях.

А у наших у ворот всё идет наоборот. Открываем доклады Института современного развития (ИНСОР) за 2010–2011 годы – там черным по белому написано, что в России надо делать глобальные города – 10–15, а все остальное не очень важно. Эти доклады обществом не прочитаны – люди привыкли, что читать не надо, что это их не касается, и не читают то страшное, что написано. Казалось бы, доклады ИНСОРа должны дать опору будущему президенту (во всяком случае, ИНСОР так себя позиционирует). Но в этих докладах ни о науке, ни о промышленности ни слова, нас грузят «политической системой», «десталинизацией», переименованиями милиции в полицию, демилитаризацией спецслужб, массой других ненужных вещей. Но для того, чтобы потреблять, надо для начала что-то производить. Чтобы идти в будущее, нужны люди, которые об этом думают постоянно, которые придумывают новые технологии, и должны быть предприниматели, которые эти технологии воплощают. В докладах всего этого нет. Я бы сформулировал жестко: для того чтобы видеть, надо иметь глаза, чтобы слышать – уши. У государства должен быть орган, который заглядывает в будущее.

– У нас в России такой орган, заглядывающий в будущее, есть? Кто же у нас занимается целеполаганием на государственном уровне – определяет и ранжирует приоритеты, выстраивает модели будущего, разрабатывает технологии и «дорожные карты», по которым мы должны в это будущее идти? И есть ли такой орган в США?

В.И. Бабкин: Российская академия наук этой задачи не выполняет и вообще находится в полуживом состоянии. Но у нас есть Российский институт стратегических исследований, есть тот же ИНСОР, ВЦ ВШЭ. Структуры есть, которые разрабатывают заказ, но в каком плане?

ИНСОР разрабатывает концепцию 2030, где от страны уже, по-моему, ничего не остается. Иными словами, центры т.н. «планирования» у нас есть, но планирования уничтожения страны, а не ее развития.

Г.Г. Малинецкий: Проясню ситуацию в США. У них есть, по меньшей мере, 200 мозговых центров. В них работают нобелевские лауреаты и ученые, которые являются ведущими в своих областях. Они занимаются программированием нового поколения – проектированием будущего, т.е. отвечают на вопрос, какие изменения в сегодняшнем дне позволят изменить будущее и привести страну в лучшее положение, чем если бы это не было сделано. У нас даже целеполагания на государственном уровне нет (если есть, то где-то там под одеялом). Или кто-то это делает, но никому ничего не говорит.

– Вы – эксперты высокого уровня, авторы целого ряда научных работ, входите ли в какие-то экспертные советы по прогнозированию?

Г.Г. Малинецкий: Мы, как и вся Российская академия наук, находимся в режиме мыслящей плесени. Аналогия: в спектакле «принцесса Турандот» царь задавал мудрецам вопросы. Мудрецы думали, писали ответы, сворачивали их в рулоны, а потом рвали и выбрасывали. К сожалению, сейчас именно в такое положение поставлена наука.

В свое время академик Д.С. Львов достаточно ясно и жестко высказался: «Природная рента должна принадлежать народу!» Он считал, что в истории от него останется несколько научных работ и эта фраза. Он высказывал эту позицию на нескольких площадках и много часов говорил об этом с В.В. Путиным.

К сожалению, у нас нет органа, который осуществляет обратную связь. Приведу простой пример – сейчас будущее создается в школах и вузах. Более 40 миллионов граждан России жестко возражают против реформы высшего образования – против ЕГЭ и «болонизации» высшей школы.

Однако, как вы знаете, в последних проектах образовательных стандартов вначале алгебру и геометрию вообще рассматривали как факультатив, а в последних редакциях государство берется профинансировать только 2 часа математики в неделю. Комментарии излишни.

Россия всегда славилась тем, что у нас высокая культура и высокий образовательный потенциал. Но вот цифры – в прошлом году 28% взрослых граждан России говорили, что Солнце вращается вокруг Земли, а не Земля вокруг Солнца. В этом году – уже 32%.

Почему? Понятно. Достаточно взглянуть на наше ТВ, у нас нет образовательных передач – экстрасенсы, попы, политики, семейные скандалы «звезд», кулинария, Дом-2. Но давно нет передач для взрослых, где бы всерьез аргументированно рассказывалось, что же происходит в мире и в России, в науке, образовании, искусстве. Мы находимся на какой-то информационной помойке – у нас масса телеканалов, из которых ничего невозможно узнать. Формируется клиповое сознание, «фасеточное» зрение.

В противоположность нам в США, Великобритании – огромный блок образовательных программ, по ТВ можно получать образование.

Советская власть осуществляла культурную революцию. Да. Это трудно – выучить 33 буквы, но надо. В советской школе нас всех учили как элиту, а именно давали системные знания, в отличие от массы других стран. В Великобритании, например, доказательств в школе нет: если учитель сказал, что а2 + в2 = с2, то это истина, и в формулу надо просто подставлять цифры. Моего коллегу, профессора Вавилова из Колмогоровского интерната, 2 года назад Башар Асад пригласил в Сирию, чтобы поставить там систему образования. На вопрос: зачем вы приглашаете русских? – он ответил, что Сирия хочет, чтобы в стране была научно-техническая элита, что надо отбирать талантливых школьников по всей стране и доводить их до того уровня, на котором они смогут побеждать на международных олимпиадах. К моему коллеге обратились лидеры еще четырех арабских стран – они хотят осуществить такую же реформу. Иными словами, они хотят идти вверх, а мы – вниз.

– Добавьте хоть каплю оптимизма, ведь одно из основных положений вашей же науки синергетики – «Точка бифуркации» (приблизительно по-русски это «историческая развилка») предполагает поливариантность будущего. Следовательно, у нас гипотетически есть и какие-то более жизнерадостные перспективы?

Г.Г. Малинецкий: Точки бифуркации в нелинейной науке синергетике – понятие, которое пришло из математики, где оно означает изменение определенного числа или устойчивости к изменению параметров. Точка бифуркации – это точка принятия решений, в которой небольшое воздействие может предопределить будущее – по одной ветви вы пойдете в будущее или по другой. Соответственно, в обоих случаях будущее будет разным. Можно употребить такой образ – в точке бифуркации вы открываете дверь и можете попасть в любую из нескольких комнат, а если вы проскочили эту точку, то всегда попадаете в одну и ту же комнату, и дальше в течение продолжительного времени никаких изменений не будет, пока вы не дождетесь следующей точки бифуркации.

 

Беседовала Людмила Леонидовна

КОНДРАШОВА

Запись опубликована в рубрике Без рубрики. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий